Рядом с домом №46 по ул. Большой Московской стоял дом №48, в котором провел свои детские Ю. Левитан. Очевидно, семья его снимала квартиру в этом доме, построенном в кон. XVIII в. В 1864 г. домом владела купеческая жена Варвара Козиорова, которая сдавала нижний этаж под харчевню, а остальные помещения верхних этажей - под жилье. Потом дом снесли и на его месте возник неухоженный пустырь, а В.И. Микулин создал здесь сквер, который кроме экологической задачи выполняет и эстетическую: скрывает от любопытных глаз хозяйственные постройки. См. Небольшой «ботанический сад» на улице Большой Московской.

В Госархиве Владимирской области хранится «Дело о восстановлении избирательных прав Левитана Бориса Самуиловича» за 1929 год. В тот год семья нашего знаменитого земляка диктора Всесоюзного радио Ю.Б. Левитана проживала во Владимире на тогдашней улице III Интернационала, дом № 48. На страницах местной газеты «Призыв» 22 января 1929 года был опубликован «Список лиц, лишенных избирательных прав по г. Владимиру», в котором значились Левитан Б.С. и М.И. Они были лишены прав на основании пункта «а» ст. 69 Конституции РСФСР, как прибегавшие к наемному труду. 31 января того же года отец Юрия Борисовича подал жалобу во владимирскую городскую избирательную комиссию, в которой надеялся доказать несостоятельность такого решения. В своем заявлении он писал: «Действительно, до 1914 года я, на основании выданного мне в 1889 году владимирской общей ремесленной управой аттестата за № 3, о праве моем, как «опытного, выдержавшего соответствующее в звании портновского ремесла испытание, ремесленника, проживавшего вне черты еврейской оседлости, иметь портновскую мастерскую с вывеской», имел незначительную портновскую мастерскую с небольшим числом наемных рабочих и большим количеством учеников. Но в этом году я заболел крупозным воспалением легких и мастерскую закрыл. Болезнь моя продолжалась почти два года. По выздоровлении, хотя я и принялся за прежнее портновское ремесло и занимался им и до настоящего времени, но с 1914 года ни мастерской, ни наемных рабочих не имел и не имею, а работаю единолично, выбирая на свое ремесло патент 1-го разряда на личные промысловые занятия».
Согласно статье Инструкции о выборах в Советы от 04.11.26, лица, лишенные избирательных прав за применение наемного труда, могли быть восстановлены при условии, если они в течение последних пяти лет занимались общеполезным трудом и доказали лояльность советской власти. На эту статью и ссылался Левитан. Далее он писал в своем заявлении: «Я... не 5, а почти 15 лет, занимаясь единолично своим ремеслом, чужого труда не эксплуатирую и содержу себя и свою семью исключительно на средства, добываемые собственным трудом, что могут подтвердить давно и хорошо знающие меня свидетели... По квалификации я военный портной и сейчас работаю по преимуществу на комсостав Красной Армии... С начала революции до образования жакта в нашем доме все время выбирался общим собранием граждан на должность заведующего домом, в каковой должности и был утвержден губкомхозом... Моя лояльность Соввласти не подлежит ни малейшему сомнению, так как никогда и ни за что не судился и не привлекался ни к следствию, ни к какому бы то ни было дознанию, что, я думаю, не откажется подтвердить и адмотдел».
Из приложенной анкеты, подтвержденной свидетельскими показаниями, можно узнать некоторые биографические сведения об отце диктора Левитана. Его родиной был Борисовский уезд Минской губернии. Его дед крестьянин. Семья Бориса (Берка) Левитана состояла из четырех человек: жены Марии Иудовны, сына Юрия 17 лет и дочери Ирмы 10 лет. Дети учились в школе.
25 февраля 1929 года городская комиссия, рассмотрев жалобу Б.С. Левитана, оставила его ходатайство без удовлетворения.
6 марта того же года отец Юрия Борисовича направил жалобу во владимирскую губернскую комиссию: «Постановление городской комиссии состоит из трех слов «в ходатайстве отказать», ни обоснованных причин, ни мотивов отказа в постановлении нет. Такая чрезмерная лаконичность лишает меня возможности знать, чем руководствовалась городская комиссия, отказывая мне в ходатайстве. Текст же доклада, заслушанного комиссией по моему ходатайству, содержит в себе весьма неточные сведения. В нем говорится, что мастерскую я имел 15 лет и что у меня было до 10 рабочих. На самом деле, мастерская у меня была 25 лет с 1889 по 1914 год, а 15 лет прошло со времени ее закрытия и как я уже работаю один. 10 мастеров я никогда не держал, мастерскую имел незначительную и, главным образом, занимался обучением портняжному ремеслу, и у меня было больше учеников, чем мастеров, число которых не превышало 5». Б.С. Левитан засомневался в том, что комиссия внимательно отнеслась к его заявлению: «Комиссия не приняла во внимание, что мне, как еврею, нельзя было прежде проживать «вне черты оседлости», и, чтобы обойти это запрещение, я должен был получить аттестат ремесленника, и что этим-то и объясняется, что, получив от владимирской общественной ремесленной управы аттестат на право иметь мастерскую «с вывеской», я и открыл мастерскую и держал ее до времени, когда закрытие мастерской перестало грозить необходимостью ехать в «черту оседлости»... Не обратила внимание городская комиссия и на то, что я, провладев 25 лет мастерской, не имел никогда дома и не нажил никаких средств... Мастерская служила мне, главным образом, защитой от переселения в «черту оседлости», а не орудием наживы средств от чужого труда». Левитан был глубоко оскорблен тем, что его, 67-летнего неграмотного (за него все заявления подписаны женой) старика-инвалида, целые дни проводившего за работой, чтобы прокормить семью, приравняли к «нажившемуся в дореволюционное время предпринимателю, существующему на накопленный нетрудовой доход и сбережения». Свою жалобу он заканчивал словами: «Нет, я таким предпринимателем никогда не был, психология рабочего мне не чужда, и я также радуюсь советской власти и приветствую ее, как и каждый, кто подвергался гонению во времена царизма». 8 марта 1929 года владимирская губернская комиссия ходатайство Б.С. Левитана о восстановлении его в избирательных правах удовлетворила.
Похоронен Б.С. Левитан на Князь-Владимирском кладбище. Могила его утрачена.

Юрий Левитан мечтал стать артистом. Известным, чтобы афиши повсюду висели и автографы на каждом углу просили. Пробовал даже поступать в кинотехникум, получил направление в Москву, но отношения с кино из-за забраковавшей семнадцатилетнего паренька приемной комиссии не сложились. Так бы и вернулся он в родной город Владимир, не попадись ему на глаза объявление о наборе в группу радиодикторов.
Была не была, решился юноша и через день вновь предстал перед очередным жюри. Членов комиссии, среди которых был знаменитый мхатовский актер Василий Качалов, разумеется, не могли не смутить и юный возраст поступающего, и его провинциальный костюм - спортивные штаны и полосатая футболка, и владимирское оканье. Но все решил голос - четкий, поставленный, завораживающий. Не зря же в детстве ребята прозвали Юрия Трубой - его голос был слышен за несколько домов, и нередко отчаявшиеся мамаши просили мальчика позвать своих запропастившихся чад.
Так Юрий Левитан был зачислен в группу стажеров Радиокомитета, чтобы вскоре стать диктором № 1, чья популярность вполне могла сравниться со славой главной советской кинозвезды Любови Орловой.
Первое время Левитан занимался тем, что разносил по кабинетам различные бумаги, готовил коллегам чай и бутерброды, а по ночам усиленно избавлялся от "володимирского" говора. Наконец, Юрию поручили прочесть по радио статью из "Правды" - так в тридцатые годы передавали в отдаленные уголки Советского Союза тексты завтрашних газет: диктор почти по слогам читал материал, а стенографистки на местах записывали и отправляли статьи в типографию.
Надо же было случиться, что в тот день, а точнее, в ночь, когда стажер Левитан впервые получил доступ к микрофону, у приемника оказался Сталин. Вождь традиционно работал по ночам, и радио в его кабинете не выключалось. Услышав Левитана, он тут же набрал номер телефона тогдашнего председателя Радиокомитета СССР и сказал, что текст его завтрашнего доклада на открывающемся утром XVII съезде партии должен прочесть диктор, который только что передавал статьи из "Правды"…
В 12 часов дня в студию привезли запечатанный пакет со сталинской речью. Белого от волнения Левитана провели в студию, где он в течение пяти часов читал священный текст, не сделав при этом ни одной ошибки. На следующий день девятнадцатилетний юноша стал главным диктором Советского Союза. Называть официальный голос Кремля трубой никому уже и в голову не приходило. Коллеги между собой уважительно окрестили Левитана Юрбор - от имени-отчества Юрий Борисович.
Несмотря на безоговорочное признание коллег и начальства, Левитан продолжал серьезно работать над своей дикцией. Просил кого-нибудь из помощников поворачивать лежащий перед ним текст то вправо, то влево, а то и вовсе становился на руки и читал написанное вверх ногами.
В июне 1941 г. именно Левитан прочел сообщение о начале войны и потом на протяжении всех четырех лет сообщал стране о ситуации на фронтах. Маршал Рокоссовский как-то сказал, что голос Левитана был равносилен целой дивизии. А Гитлер считал его врагом рейха № 1. Главнокомандующий Сталин значился под номером 2.
За голову Левитана было обещано 250 тысяч марок, а специальная группа СС готовилась к заброске в Москву, чтобы ликвидировать диктора. Для того чтобы обезопасить главный голос СССР, Левитану выделили охрану, а по городу распускали ложные слухи о его внешности, благо в лицо Юрия Борисовича знали немногие.
Однажды это чуть было не сыграло с Левитаном недобрую шутку. "Нас не покидала одна мысль, одна мечта - когда же наконец доведется читать приказ о полной победе над гитлеровской Германией? - вспоминал он. - И эта мечта сбылась… 9 мая 1945 г. мне выпало счастье прочесть акт о безоговорочной капитуляции Германии… А вечером нас с председателем Радиокомитета Алексеем Александровичем Пузиным вызвали в Кремль и вручили текст приказа Верховного Главнокомандующего о Победе над фашистской Германией. Прочесть его надлежало через 35 минут.
Радиостудия, откуда велись такие передачи, находилась недалеко от Кремля, за зданием ГУМа. Чтобы попасть туда, предстояло пересечь Красную площадь. Но перед нами - море людское. С помощью милиции и солдат взяли с боем метров пять, а дальше - никак.
Товарищи, - кричу, - пропустите, мы по делу!
А нам отвечают: Какие там дела! Сейчас по радио Левитан приказ о победе передаст, салют будет. Стойте, как все, слушайте и смотрите!
Ничего себе совет… Но как быть? Если пробьемся дальше, в такое плотное окружение попадем, что не выберемся. И тут нас осенило: в Кремле ведь тоже есть радиостанция, нужно читать оттуда! Бежим назад, объясняем ситуацию коменданту, и тот дает команду охране не останавливать двух бегущих по кремлевским коридорам людей. Вот и радиостанция. Срываем с пакета сургучные печати, раскрываем текст. На часах 21 час 55 минут. Говорит Москва. Фашистская Германия разгромлена…"
О своей популярности Юрий Борисович говорил со свойственным ему юмором. "Я как-то спросил у него: Юра, тебе твоя популярность не мешает?, - вспоминал актер Борис Сичкин. - Очень мешает, - ответил Левитан. - Понимаешь, раньше, когда меня никто не знал, я шел и плевал направо и налево, а сейчас, чтобы плюнуть, надо искать урну".
Однако несмотря на всенародное обожание личная жизнь у Левитана не сложилась. Женился он в 1938 г. на красавице-студентке Института иностранных языков. При первой же встрече он взял ее за руку и произнес: Люблю тебя…. А помолчав, продолжил: …Петра творенье! и до конца продекламировал вступление к пушкинскому Медному всаднику.
Молодые поженились, у них родилась дочь Наташа. Но через 11 лет совместной жизни супруга Левитана, которую друзья в шутку называли Мадам Приказ, полюбила другого человека. "Что ж, уходи. Останемся друзьями, - сказал Юрий Борисович. И до конца дней действительно поддерживал с бывшей женой и ее вторым мужем дружеские отношения. Они даже Новый год встречали вместе. "Это моя двоюродная сестра, - представлял в компаниях Левитан бывшую супругу.
Сам Юрий Борисович больше не женился и жил в квартире на улице Горького (ныне Тверская) вместе с дочерью Наташей и тещей Фаиной Львовной. Та обожала зятя, пусть и бывшего, и всячески старалась создать дома уют. Когда Левитану, которому по статусу полагались всевозможные льготы, предложили пропуск в кремлевскую столовую, Фаина Львовна отговорила его воспользоваться лестным на первый взгляд предложением. И сама готовила Левитану его любимый винегрет, который он мог есть на завтрак, обед и ужин.
Начиная с семидесятых годов Юрий Борисович почти не выходил в прямой эфир. Начальство считало, что голос Левитана ассоциируется у населения с какими-то чрезвычайными событиями. Мол, не читать же диктору, объявлявшему о начале войны или салюте в честь Дня Победы, сводки об итогах уборочной.

Левитан Юрий Борисович вручает Гагарину Юрию Алексеевичу звукозаписи сообщений о ходе его полета в космос. 20 апреля 1961 г.
Слева (слева направо): стоит Гагарин Юрий Алексеевич, сидят Гальперин Юрий Ильич и Каманин Николай Петрович. На заднем плане сидя и стоя большая группа людей, у некоторых в руках букеты цветов.

Левитан, которому первому среди дикторов присвоили звание народного артиста СССР, стал озвучивать кинохронику, читал закадровые тексты к художественным фильмам, записал для истории Сообщения Информбюро (во время войны выступления Левитана никто, разумеется, не записывал). А еще с удовольствием встречался с ветеранами, для которых его голос был так же свят, как сама память о минувших боях.
В августе 1983 г. Юрия Борисовича пригласили принять участие в торжествах по случаю 40-летнего юбилея со дня освобождения Орла и Белгорода. Перед отъездом Левитан пожаловался друзьям на боли в сердце. Но на все попытки отговорить его от поездки неизменно отвечал: "Я не могу подвести людей. Меня ждут".
Тот август выдался необычайно жарким - столбик термометра зашкаливал за 40 градусов. На поле под Прохоровкой, где во время Великой Отечественной состоялась знаменитая Курская битва, Юрию Борисовичу стало плохо. Врачи деревенской больницы, в которую доставили Левитана, ничего сделать уже не могли…

Юрий Левитан скончался 4 августа 1983 года, на 69-м году жизни, от сердечного приступа в Бессоновке Белгородской области во время встречи с ветеранами Курской битвы. Похоронен в Москве, на Новодевичьем кладбище (10 участок).

Память:
- В городе Владимире Лисин переулок, в 1985 году, в канун 40-летия Победы, переименован в улицу Диктора Левитана, по решению исполкома города Владимира № 1228 от 05.06.1957 г. Улица Диктора Левитана расположена на Юго-Западе города Владимира в Ленинском районе, начинается от проспекта Ленина у дома 21 и идет в южном направлении вниз к железнодорожному переезду до Мелькомбината.

Проспект Ленина, д. 21

Мемориальная доска из бронзы с барельефным портретом Ю.Б. Левитана перед микрофоном.
«Улица носит имя нашего земляка, диктора Всесоюзного радио Ю.Б. Левитана».
Открыта 27 мая 2000 г. на доме № 2 на улице им. Диктора Левитана. Автор — скульптор, заслуженный художник РФ Игорь Алексеевич Черноглазое (г. Владимир). Установлена вместо прежней мраморной доски (на д. № 1 на ул. им. Диктора Левитана), открытой в связи с присвоением улице имени Ю.Б. Левитана. Демонтирована в 2016 году. Установлена на доме № 21а по проспекту Ленина.

Памятная доска на доме №1а по ул. Диктора Левитана «В этом доме с 1973 по 2001 год жил заслуженный юрист РСФСР Царёв Виктор Иванович прокурор Владимирской области»

Памятник диктору Юрию Левитану

Во Владимире 7 мая 2015 г. открыли «Голос истории. Голос Победы». Так называется памятник диктору Юрию Левитану. Его установили в родном городе радиоведущего, на улице, носящей его имя.

Авторы памятника: скульптор Игорь Черноглазов, архитектор Евгений Усенко. Их проект был выбран по итогам творческого конкурса, который был проведен в июне-сентябре 2014 года.
Памятник Левитану представляет собой фигуры дедушки и внука. Среднее поколение пропущено – отца мальчика, сына дедушки, в композиции нет. Предполагается, что он на фронте, а его родные тревожно и с надеждой всматриваются в грохочущий репродуктор, вслушиваются в голос Левитана. Он и есть главный герой скульптурной композиции. Чтобы подчеркнуть, вдохновляющую силу левитантовских интонаций, исходящий из репродуктора, авторы использовали свет прожектора, который ярко освещает взрослого и ребенка».
Этот монумент интерактивный. Репродуктор, установленный на столбе – не декоративный, он звучит! Он транслирует голос Юрия Борисовича Левитана – исторические сводки с фронтов Великой Отечественной, в том числе легендарное объявление о капитуляции фашистской Германии.

Памятник диктору Юрию Левитану

Сквер у памятника Левитану

Музей истории радиовещания

7 мая 2016 г. - в День радио был открыт «музей истории радиовещания». Разместился он в школе № 43 (ул. Диктора Левитана, д. 37а), которой присвоено имя знаменитого диктора.
Центральное место в экспозиции занимают экспонаты, посвященные жизни диктора - это микрофоны, коллекция аудиозаписей, техника. В работе по созданию экспозиции принимали участие совместно и педагоги, и родители, и общественность.

Школьные годы Юрия Левитана
Н В. Корешкова

Наш знаменитый земляк, широко известный всей стране диктор Всесоюзного радио Юрий Борисович Левитан, родился и до 16 лет жил в городе Владимире. Здесь же получил образование. Только вот вопрос, где он учился, в какой школе, долгое время оставался открытым. Более того - спорным, так как одна из его одноклассниц Ю. П. Реган утверждала, что он учился вместе с ней в школе № 2 второй ступени, а другая одноклассница Ю.Б. Левитана, М.Е. Грачева, настаивала на том, что он был учеником школы № 3 и вместе с ней окончил 7 классов этой самой школы. У обеих женщин хранились групповые фотографии классов школ № 2 и № 3, которые они предоставляли как неопровержимое доказательство своей правоты. И на той, и на другой фотографии классов школ № 2 и № 3, которые они предоставляли как неопровержимое доказательство своей правоты. И на той, и на другой фотографии присутствовал ученик - Юрий Левитан.
При подготовке к 100-летнему юбилею Ю. Левитана обнаружился еще один интересный факт. Во Владимиро-Суздальском музее-заповеднике хранится запись выступления Левитана перед жителями Владимира во время его визита в наш город в 1980 г., в котором он тепло вспоминает время своей учебы во владимирской школе № 10.
Так в какой же школе учился наш знаменитый земляк? Получить достоверный ответ на этот вопрос помогли документы Государственного архива Владимирской области. Хочется сказать: «Чудом сохранившиеся».
Прежде чем говорить о школьных годах Ю. Левитана, необходимо представить систему школьного образования СССР 1920-30-х годов. В 1918 г. на базе старых учебных заведений были открыты школы первой ступени для детей от 8 до 13 лет с пятилетним сроком обучения (с 1923 г. - с четырехлетним сроком) и второй ступени для детей от 13 до 17 лет с четырехлетним сроком обучения (с 1923 г. - с пятилетним сроком). Школа второй ступени включала в себя два законченных концентра: 1-й - первые три года обучения и 2-й - два последних года обучения. Обучение девочек и мальчиков стало совместным.

1-я группа 2-й школы 2-й cт. г. Владимира с директором школы Н.Г. Морякиным. 28 марта 1928 г. Верхний ряд, третий слева - Ю. Левитан

В документе «Учетная ведомость 1 “в” группы 2-й Владимирской школы второй ступени за 1926-1927 уч. год» среди перечня фамилий учащихся встретился Левитан Юлий (так он был записан в документах). Таким образом, подтвердились слова Ю.П. Реган (в девичестве Кузнецовой), что Левитан был учеником школы № 2. Поскольку школа № 2 была школой второй ступени, а школа первой ступени в эти годы уже имела четырехлетний курс обучения, то, переводя на современное школьное исчисление, 1-я группа означает для нас 5-й класс. Этот же документ дает нам некоторые факты о школьной жизни нашего героя. Успеваемость, мягко скажем, неважная. По арифметике везде «Н» (неуд), по другим предметам чередуются «У» (удовл.) и «Н» (неуд). Педагоги, характеризуя способности Юрия как «выше средних», объясняют это слабой подготовкой и небрежным отношением к учебе. В его характеристике не содержится указаний на какое-то дерзкое и неуважительное отношение к педагогам. Напротив, подчеркивается хорошее отношение и к школьным порядкам, и к товарищам, и к педагогам. Все говорит о том, что учиться ему было совершенно не интересно. Отсюда и разговоры на уроках, и опоздания. Чья это вина? Его ли, школьной ли программы тех лет, педагогов, не сумевших заинтересовать своим предметом?
Скорее всего, сложились все факторы воедино, и как результат - протест творческой личности - «не хочу, не буду». А то, что личность тогда уже была незаурядной, подтверждает еще одна запись: «Большие артистические склонности». Но это достоинство не стало превалирующим при решении вопроса о переводе его в следующий класс в конце 1926/27 учебного года. Решением школьного совета Юлий Левитан оставлен на второй год. Надо иметь в виду, что в то время второгодничество не считалось чем-то из ряда вон выходящим. Так, в декабре 1925 г. в школе № 2 второй ступени самый высокий процент успеваемости наблюдался в 4-й группе - 59,6%. Самый маленький - 23% в 1-й группе. Процентомания явно была не в чести. На второй год оставалось до 50% учащихся класса. Во-первых, школа предъявляла к учащимся высокие требования, не делая никаких поблажек, воспитывая ответственность за результаты собственного труда. Во-вторых, второгодничество рассматривалось как эффективный способ добиться формирования качественных знаний учащихся.
Надо упомянуть, что во время учебы Левитана 2-я школа второй ступени находилась по адресу: ул. Ленина (бывш. Царицынская, ныне ул. Гагарина), д. 4, то есть в здании бывшей гимназии Давыдовой. И в 5-м классе Юрию от дома до школы было совсем недалеко: с ул. III Интернационала вдоль по ул. Ленина, «нырял» под арку во двор дома № 4 - и вот он у дверей школы. С 1927 г. школа переехала на ул. Первомайскую (ныне Никитская), в д. 4а (бывший Дом физкультуры, то есть тогда уже бывший). Соответственно сменился маршрут нашего героя.
Обучаясь второй год в пятом классе (1 «а» группа), Юрий (с этого года во всех документах его имя записано именно так) относится к работе, по мнению педагогов, удовлетворительно; при этом они вновь подчеркивают его леность и небрежность, сетуют на то, что он подсказывает на уроках, порой выбегает с урока. За нарушение дисциплины его отстраняют «от работы при киноаппарате». Но при всем при этом Юрий не пропустил ни одного урока в первом полугодии, во втором - всего четыре. Опоздал всего дважды в течение года. Судя по всему, его все-таки очень тянуло в школу. В конце 1920-х гг. в стране введено только обязательное начальное образование, и многие из тех, кто не хотел учиться, попросту уходили из школы второй ступени. Что было главным мотивом посещения им школы? Воля и авторитет родителей? Потребность в общении с друзьями? Наверное, и то, и другое. Но главным мотивом была, скорее всего, возможность посещать культурно-просветительскую секцию, которая занималась постановками сценических выступлений: театрализованных постановок, агитбригад и т.д. По утверждению классного воспитателя, у него в это время уже хорошо развиты сценические навыки, он выразительно декламирует, играет на рояле. Сценическое творчество стало увлечением юного Левитана, и позволяло ему мириться с ненавистными для него уроками.
В конце 1927/28 учебного года Ю. Левитан, получив все удовлетворительные оценки, решением школьного совета от 25 мая 1928 г. переводится в следующую 2-ю группу «а» (6-й «а» класс).
С этого года Левитану при медицинском осмотре в школе поставлен диагноз - близорукость, и с этого времени он не снимает очки на протяжении всей жизни.
Его классным руководителем становится Людмила Евгеньевна Морякина, учитель русского языка и литературы. Людмила Евгеньевна, после окончания Московского университета в 1915 г., работала в гимназиях г. Владимира, Практическом институте народного образования, на рабфаке. С 1939 г. начинает преподавать во Владимирском учительском институте, затем, в 1950-е гг. - в педагогическом. Среди студентов, сохранивших память о ней как высококлассном специалисте, два известных в нашем городе человека - журналист А.К. Буреев и бывший многие годы заведующим отделом рукописных и книжных фондов Владимиро-Суздальского музея-заповедника С.П. Гордеев. Им она преподавала старославянский язык. Вот что вспоминает о ней С.П. Гордеев: «Не просто читала лекции, все ее преподавание было нацелено на практическое овладение предметом. Сказывались навыки школьного преподавания. Настоящий учитель, умела научить, что и требовалось, тем более, что предмет был трудный... Преподаватель строгий, никакой халтуры не терпела абсолютно. Была очень требовательна. Это не всем нравилось. Не делила студентов на любимых и не любимых. Что заслужил, то и получи. Все для нее равны. После пятерки можно было получить двойку и наоборот. Отличительный ее принцип работы - не любила, когда человек не выучил». А так ее характеризует А.К. Буреев: «А незабвенная Л.Е. Морякина - блестящий знаток языка, от старославянского до современного русского». Такие отзывы о Л.Е. Морякиной не позволяют даже заподозрить несправедливое отношение к Левитану со стороны учителей. Получал он от них за нерадивое отношение к учебе по заслугам. Именно Людмила Евгеньевна, сдавая отчет по результатам обучения 2-й «а», группы, пишет: «Причины неуспешности: лень, небрежность, нежелание работать. Способности: средние. Общественно-политическое развитие: удовлетворительное. Владение устной и письменной речью: устной владеет, письменной слабо. Отношение к работе: в первом полугодии - небрежное, во втором - недопустимое». Юрию Левитану в то время, когда написаны эти строки, 13 лет. Подросток, отличающийся удовлетворительными способностями, но не желающий учиться. Кому не известно это состояние переходного возраста?! При этом он не хулиган, не забияка, хороший товарищ. А главное - у него есть увлечение: «декламация и драматическое искусство». Об этом пишет Л. Е. Морякина в отчете об итогах учебного года.
Думается, что Людмила Евгеньевна сыграла немаловажную роль в развитии актерского таланта Левитана. Сама она, судя по фотографиям, сохранившимся в фотоальбоме ее родственников, любила театральность. На одной из фотографий она - участница семейного спектакля в мужской роли. На другой - на ней одежда гимназиста.
В становлении личности важную роль играет наличие каких-либо увлеченностей, пусть порой и кратковременных. Это часто залог будущей образованности, умения мыслить и работать руками, воспитание настойчивости в достижении цели и ответственности за результат работы. Увлеченность театром, радиолюбительством, кино, спортом сформировали прочный стержень личности Левитана, который и помог ему стать тем, кем он стал.
С годами и учитель, и ученик оценили по достоинству друг друга. Рассказывает владимирский краевед Г. Г. Мозгова: «Л.Е. Морякина, будучи уже преподавателем старославянского языка во Владимирском педагогическом институте, журя слушателей литфака за недостаточную грамотность, говорила: “Мой давний ученик Юра Левитан, уж на что образованным человеком стал, но до сих пор иногда речевые ошибки допускает. Приходится ему замечания делать!” В справедливости сказанного один из слышавших это, будущий политический обозреватель Адольф Буреев, смог убедиться несколько лет спустя, когда в Кольчугино, где он работал в редакции радио, “на встречу с радиослушателями” приехал Ю.Б. Левитан. После выступления в Доме культуры Левитан заглянул к коллегам и неожиданно услышал: “А ведь мы с вами у одной учительницы учились!.. Людмилы Евгеньевны”. “О-о! Ужасная женщина! - улыбаясь, ответил Левитан. - Я ее до сих пор боюсь: вдруг двойку поставит? Читаю текст и думаю: не ошибиться бы с ударением. Регулярно мне строгие письма пишет: "Юрочка, не позорь моих седин!" Замечательный педагог!”». «И я ведь стараюсь - слушаюсь ее, извиняюсь за “ляпы”. Это удивительнейший, высочайшей культуры и нравственности человек. Я, когда в школе учился, Людмила Евгеньевна частенько меня за шалопайство отчитывала. Хотя, как я потом понял, видимо, чем-то все-таки меня выделяла».
Надо заметить, что во Второй школе II ступени работали, в основном, так называемые «староучителя», то есть те, кто начинал педагогическую деятельность в дореволюционной школе и имел порой немаленький стаж работы. Это были не вновь обученные на краткосрочных курсах шкрабы (так называемые «школьные работники»), а учителя с высшим университетским образованием. Директор школы Н. Г. Морякин - выпускник физико-математического факультета Московского университета 1907 г. Е. П. Жарова закончила историко-филологический факультет Московских высших женских курсов в 1911 г. Эти же Курсы окончила Е. И. Вознесенская - другой преподаватель русского языка. Высшее образование имели Е.И. Ильинская (Каллиопина), Е. М. Преображенская. До революции преподавателем французского языка реального училища работала А. А. Соловьева. Интеллектуальный потенциал педагогического коллектива 2-й школы второй ступени был очень высоким.
Видимо, позиция родителей Ю. Левитана была настолько однозначна - не оставлять школу ни при каких обстоятельствах, а нежелание учиться было так велико, что Левитан идет на хитрость и настаивает, что у него плохие способности, вследствие чего учиться он не может. Пришлось «просить врача Сыромятникову произвести экспертное обследование его способностей». Чем закончилось обследование, неизвестно. Но поскольку Л.Е. Морякина внесла следующее предложение: «Ввиду нежелания его учиться и полного пренебрежения к работе, а также нарушения школьных порядков - поставить вопрос перед школьным советом об исключении его из школы», - о способностях речь не идет. Правда, по трем предметам (естествоведению, французскому и русскому письменному) оценки остались неудовлетворительными. Постановлением школьного совета от 14.06.1928 г. Ю. Левитан оставлен на второй год с условием: при повторении прежней небрежности и поведения на будущий год - поставить сейчас же вопрос об исключении из школы.
1929/30 учебный год оказался для Юрия успешным. Он окончил вторую группу (6 классов) 2-й школы второй ступени и переведен в третью группу (7-й класс). Но когда в августе 1930 г. ученики начали подготовку к новому учебному году, выяснилось, что часть учащихся 2-й школы переводят в другие школы. С чем это могло быть связано? Во-первых, во Владимире не хватало помещений для размещения школ, многие из них были в аварийном состоянии, поэтому школы часто меняли адреса, при этом происходило и перераспределение учащихся.
Во-вторых, 1920-1930-е гг. - время бесконечных нововведений, реформирования школьной системы. Учитель 2-й школы второй ступени Е. П. Жарова в своей автобиографии пишет, что за период с 1924 г. по 1954 г. данная школа несколько раз меняла свой статус: 2-я школа второй ступени, ФЗС № 6 (фабрично-заводская семилетка), ФЗД № 6 (фабрично-заводская девятилетка), ПОИ (полная средняя школа) № 2, СШ № 2, с 1944 г. - 2-я мужская СШ. Подобные причины и вызвали «вывод учащихся из 2-х и 3-х групп в другие школы». Юрия Левитана перевели в 3-ю школу второй ступени в 3-ю группу. Видимо, Юрий писал заявление с просьбой оставить его в школе № 2. Но совет нашел мотивы, выставленные им, недостаточно основательными и в просьбе отказал.
Так он стал учеником 3-й группы 3-й школы второй ступени, которая располагалась на Комсомольской улице, (д. 1) в здании бывшего Васильевского высшего начального училища. Школа имела два концентра. Первый - по современной нумерации - 5-7 классы, второй концентр - 8-9 классы. Именно этот 1930/31 учебный год и запомнился М.Е. Грачевой, ученице того же класса. В 1931 г. она вместе с Юрием Левитаном окончила эту школу (7 классов).

Выпускная 3-я группа 3-й школы 2-й cт. г. Владимира. 1931 г. Верхний ряд 5-й слева - Ю. Левитан.

Многих удивляет тот факт, что 16-летним юношей Левитан отправился в Москву, хотя в ту пору считалось обычным заканчивать обучение в школе и в 20-летнем возрасте, а порой и старше. Дети часто болели, материальные условия семей были тяжелыми, поэтому происходили перерывы в учебе. Возможно, если бы не произошло в 1931 г. преобразования 3-й школы-девятилетки в школу-семилетку, Левитан продолжал бы учиться. Но судьба распорядилась так: всем выпускникам 7-го класса, по свидетельству М.Е. Грачевой, предложили пойти учиться в техникумы. Время показало, что, уехав из Владимира, Юрий сумел использовать шанс, предоставленный судьбой, в полной мере. Таким образом, все ярые спорщики по поводу обучения Левитана в школах № 2 и № 3 оказались правы.
Почему же знаменитый диктор называет школу № 10 во время своего визита во Владимир? Естественно предположить, что это была начальная школа, в то время школа первой ступени. По сведениям документов архива, она располагалась по адресу: ул. Красномилицейская, д. 12, вблизи бывшего женского монастыря (современная ул. Девическая). 12 декабря 1923 г. газета «Призыв» писала: «Все школы буквально переполнены. Некоторые школы были мало приспособлены, но школа № 10 (близ бывшего женского монастыря) совершенно не отвечает своему назначению». Ужасающую картину состояния школы рисует в своем письме в уездный отдел народного образования заведующая школой Е. И. Филадельфина в январе 1923 г.: «Еще в августе при осмотре здания комиссией было констатировано, что помещение школы требует капитального ремонта, как-то: разборка всего здания, крыши и стен, перестилка полов и т.д. Вследствие этого был поставлен вопрос о переводе школы в другое помещение. Но вопрос до сих пор не решен. Между тем, разрушение здания продолжает прогрессировать и к настоящему моменту пришло в такое состояние, которое делает его непригодным. Крыша течет, штукатурка на потолке осыпается и угрожает обрушиться на головы учащихся. Полы в верхнем этаже колеблются. Потолок в одном из классов нижнего этажа сильно провис. Снизу у лестницы, ведущей из верхнего этажа в нижний, провалилась каменная плита, вследствие чего пользование означенным ходом сопряжено с риском для здоровья детей. Зацементировать это отверстие в настоящий момент не берутся. Постланный на место провала деревянный щит положения не спасает, т.к. при подвижности школьной массы он всегда может быть сдвинут с места. Стены здания в нескольких местах дали трещины. Уборных при школе нет. Для учащихся поставлены ведра в холодных помещениях. Много говорить о гигиеничности таких примитивных приспособлений не приходится. Условий для жизни техслужащих, живущих при школе, нет. Худой потолок, неустроенная печь, образовавшаяся в стене сквозная щель, делают квартиру необитаемой».
Несколько раз предполагалось перевести школу в другое здание. Варианты были разные: в здание бывшей мужской гимназии, в Александринский детский приют. В 1925 г. она располагается на Первомайской (Никитской) площади в здании бывшего Дома физкультуры. Если Ю. Левитан поступил в школу второй ступени в 1926 г., то начать учение в школе первой ступени он мог либо в 1921 г., либо в 1922 г. Почему либо? До 1923 г. школа первой ступени имела пятилетний срок обучения, а с 1923 г. - четырехлетний. В протоколе заседания школьного совета 10-й школы первой ступени от 10 декабря 1923 г. нашелся ответ. Рассматривая вопрос об успешности учащихся, совет принимает решение «вызвать родителей следующих учащихся, которые не усваивают курса своей группы вследствие отсутствия должного прилежания и внимания или вследствие плохих способностей». Среди учащихся 3-й «а» группы названа фамилия Левитана. А рядом с ней еще 14 фамилий учащихся того же класса. Это вновь свидетельство того, что не был он из ряда вон неуспевающим учеником. Он был учеником своего времени, со свойственными его возрасту шаловливостью, безалаберностью, желанием делать в первую очередь то, к чему тянется душа. Таким образом, мы получили ответ, что учиться Левитан начал в 1921 году. Кто был его первой учительницей, мы не знаем. В этот период в школе № 10 первой ступени, кроме заведующей Е. И. Филадельфиной, работали А. Федоровская, В. Н. Захарко, Е. Е. Ранг, А. А. Скворцова, Н.М. Жукова. Вероятно, если Ю. Б. Левитан, спустя много лет, вернувшись в родной город, вспоминает именно эту школу, значит, ему здесь было комфортно, несмотря на жуткие бытовые условия. В этой школе на второй год обучения он не оставался.
Вполне возможно, что в этом заслуга заведующей школой, школьного совета, которые добились разрешения уездного отдела народного образования открыть при школе вечерние занятия с неуспевающими учениками. Родительское собрание согласилось с решением школьного совета. Расходы родители взяли на себя. Вероятнее всего, Юрий тоже посещал эти вечерние занятия. Оплата составляла 100 рублей в месяц. Много или мало? Цена тетради в 1923 г. - 3 руб., полдюжины перьев - 12 рублей. На сто рублей возможно купить 33 тетради. Если стоимость тетради в недавнем времени - 6 р. 50 коп., то за 33 тетради мы уплатим 214 р. 50 коп. В наше время это небольшая сумма за дополнительные занятия учащихся в течение целого месяца. Кстати сказать, обучение в ту пору для многих учащихся было платным. Согласно Инструкции о взимании платы за обучение в школах первой и второй ступеней и профессиональных учебных заведениях Владимирской губернии, утвержденной президиумом ГИКА 11.10.1924, ремесленники и кустари (именно к ним относился отец Ю. Левитана) должны были платить 2 р. 50 коп. в месяц за каждого своего ребенка - учащегося школы. Для сравнения: в 1924 г. чай стоил - 3 р. 80 коп., соль от 3 коп. до 1 руб., мыло от 17 до 25 коп.
Скорее всего, Юрий активно участвовал в школьной драматической секции, которой руководила А.А. Скворцова. Ведь на его артистизм, умение декламировать сразу обратили внимание педагоги 2-й школы второй ступени, куда он поступил после выпуска из 10-й школы первой ступени.
Подводя итог, можно сказать, что семилетнее образование конца 1920-х - начала 30-х годов, которое получил Ю. Левитан, было качественным, так как позволило ему сделать успешную карьеру. Но самое главное: педагоги сумели разглядеть талант ребенка, поддержали его увлечение театром. Хорошо, что так получилось. Эта поддержка стала отчасти путевкой в жизнь будущему диктору Центрального радио.

По материалам «Владимирской энциклопедии» и проекта «Владимирский край в годы Великой Отечественной войны»

Опубликовано: 11.03.2022 10:00:06
Изменено: 18.04.2022 09:17:33